Есть на Тамблере один парень, который периодически насилует свой планшет творчеством. Должен сказать, небезуспешно.

Однажды, сопровождая процесс яркими и эмоциональными комментариями, он сотворил вот такую вот штуку.

Штука мне понравилась настолько, что лайка и восторженного “уруруру!” в комментариях мне показалось мало. И я решил написать свою историю запечатленного на ней сюжета.

От того, что получилось в конечном итоге меня начало мутить и я спрятал его на окраину жесткого диска в текстовом файле под названием 11111.txt.

Спустя 2 месяца открылись врата ада файлик случайно был открыт и текст вырвался на волю.

Первым делом, он прихватил с собой изображение и прибежал в интернет:

Read More

Мой друг был панк-рокером, а стал ювелиром

теперь он выливает свою тоску в золоте и серебре

перстни с черепами и сережки в виде разбитых гитар

весят больше, чем все национальные идеи мира

и даже больше дамской бижутерии

.

Когда ему что-то нравилось, он говорил: ”Я напишу об этом песню!”

и никогда ничего не писал

по сути, он и не был лучшим панк-рокером

просто пел для пьяной публики у разогреве у местных звезд

учился на стоматолога, терзал гитары

вскоре все превратилось в машинку и весы

.

тем не менее, эти его несуществующие песни

лишенные проб и маркировок и похожие на неспелый виноград

нравятся мне больше, чем все его тяжелые украшения, 

затаившие в себе память о странном и главном

.

В основном, благодаря тому, что их так никто и не написал.

С каждым прожитым годом мы становимся чувствительнее. 

Все эти классические реплики - про очерствение, огрубение, возмужание и так далее - вызывают внутри только смесь скепсиса, отрицания омерзения.

Мы все больше и больше ранимы. Просто шрамы вместо разломанных булочек начинают напоминать высохший черный хлеб и крошится. Эти крошки особенно хорошо чувствуешь по вечерам, засыпая в своей постели.

;

Меня отчего-то и вправду зацепила экранизация  ”Девушки с татуировкой дракона”. Короткая, но очень хлесткая сцена насилия на Лисбет Саландер, свела мое тело в напряженной судороге - незаметном и в то же время сильном взрыве ощущения отторжения, скованности и неожиданной тесноты поручней кресла в зрительном зале кинотеатра.

Нет ничего страшнее, чем связанное и беззащитное-голое человеческое тело, бьющееся в отчаянии и бессилии. 

В то же время, несколько лет назад без тени смущения и с пытливым любопытством я смотрел шведский фильм, наполовину состоящий из насилия над главной героиней, наполовину - из ее мести насильникам.

Смотрел и при этом спокойно ел, пил, курил, переговаривался с сожителями по комнате общежитии и выделял наиболее интересные кадры.

;

Вероятнее всего это связано с тем, что с возрастом ты понимаешь, что не хрустален и не менее уязвим, чем какой-либо книжный или киногерой, над которым безжалостно глумится автор.

Неважно, как именно и где к тебе приходит это понимание - в багажнике машины, которое вывозит тебя за лесопосадку за чертой города, над другом, который почему-то решил побежать через дорогу на красный или при виде фотографии умирающей африканской девочки к которой подбирается коршун. 

Оно просто внезапно накрывает тебя. Сигналом о помощи, которую ты не успеешь предоставить. Черствыми крошками под простыней. Острым приступом кашляющей ностальгии.

Возраст - это когда ты сознательно принимаешь решение притвориться пожестче.

И начать регулярно брить свою инфантильность.